Ипподромный бизнес во Франции ежегодно приносит казне страны около 20 миллиардов евро. Можно ли достичь такого уровня организации скачек и бегов в России, особенно на Дону? Об этом «Молот» поговорил с Владимиром Жуковским, советником гендиректора АО «Росипподромы».
Ставки на миллиарды
– В России коневодство существует скорее как «подотрасль», чем как самодостаточная индустрия. Это мнение высказал сенатор Александр Двойных на совещании в Совете Федерации, где обсуждался комплексный подход к развитию этой сферы, включая племенное дело и законодательство. Вы согласны с этим?
– Я участвовал в создании «Российских ипподромов», и тогда было важно не просто копировать французскую модель, а создать организацию, аналогичную Главному управлению коневодства, существовавшему в нашей стране ранее. Основной задачей этой организации было формирование единого центра для принятия решений, касающихся конного дела, объединяющего стратегию, науку, коммерцию и социальные аспекты.
– Вы упомянули Францию – это не случайно?
– Ипподромный бизнес во Франции занимает лидирующие позиции в Европе. В стране функционирует около 250 ипподромов, и часть прибыли от этого бизнеса идет в государственный бюджет. Говорим о суммах в миллиардах – по некоторым данным, это около 20 миллиардов евро в год. Мы изучали этот опыт, когда в начале 2000-х годов решили возобновить скачки на приз радио «Монте-Карло» и приз Президента РФ, которые впоследствии стали визитной карточкой скакового сезона Центрального московского ипподрома.
Новые смыслы
– Как возникла эта идея?
– Когда мы начали разрабатывать этот проект, провели опрос среди москвичей, и результаты оказались шокирующими: из 25 миллионов жителей столицы лишь 17,5% знали о существовании московского ипподрома. Еще один интересный момент – большинство людей не ассоциировали лошадей с романтическим образом русского кавалериста.
В отличие от этого, во Франции ситуация совершенно иная: лошади воспринимаются как символ национальных традиций и культурного наследия. Вряд ли найдется француз, независимо от его образования или материального положения, который не слышал бы о скачках на приз Триумфальной арки.
Это осознание подтолкнуло нас к созданию масштабного события, способного привлечь внимание широкой аудитории. Специалисты начали в определенных кругах рассказывать о важности предстоящего мероприятия и о том, что лошадь является символом статуса страны.
Благодаря мощной рекламной кампании наше событие стало интересным для людей разных социальных слоев. Именно тогда началась трансформация восприятия скачек: они стали значимым культурным явлением в Москве.
– Эта история демонстрирует, что при правильном управлении можно достичь успеха.
– Да, и тогда специалисты объясняли мне, что наибольшие расходы будут связаны не столько с заботой о «любимых лошадях» или восстановлением ипподрома мечты, сколько с привлечением широкой аудитории к скачкам.
До встречи на ипподроме
– Вы принимали участие в создании «Российских ипподромов», стремясь объединить разрозненные хозяйства в единую систему. Как вы оцениваете результаты этой инициативы?
– Оглядываясь на пройденный путь, могу сказать, что идея была правильной, хотя проект все еще требует дальнейшей реализации. Мы говорим о Указе Президента № 1058 от 2011 года, который регулирует организацию российских ипподромов и имеет законную силу. Важно завершить начатое и добавить социальный смысл к этому процессу. Финансовая составляющая, в частности, включает тотализатор, что уже давно подтвердил мировой опыт.
Перед началом масштабной реконструкции московский ипподром мог вместить около 30 тысяч человек. Для сравнения, ипподром в Дубае способен принять почти 100 тысяч зрителей, а гонконгская арена – до 190 тысяч гостей. Это действительно впечатляющие масштабы.
– Вы, вероятно, в курсе ситуации с Ростовским ипподромом. Как вы считаете, может ли всё измениться с приходом заинтересованного инвестора?
– В этом вопросе важно не только наличие заинтересованного инвестора, но и активная позиция государства. Как показывает мировой опыт, судьба отечественных ипподромов и коневодческой отрасли зависит от готовности государства вкладывать средства и принимать решения, направленные на сохранение уникального исторического и культурного наследия страны.
Факт
Донская порода лошадей возникла в Ростовской области не случайно.
«В диких степях, где не было войн, происходили важные события, и для этих боев требовался выносливый помощник. В сложных условиях необходима была особая порода лошадей, отличающаяся неприхотливостью, выносливостью, хорошим отношением к человеку и стойкостью в бою», – пояснил Владимир Жуковский.
Также в Ростовской области предопределено появление еще одной породы.
«Когда возникла задача улучшить качества и рабочие показатели донских лошадей с помощью селекционно-племенной работы и привить им кровь ведущих пород, эти лошади стали называться великодонскими. В 1920-х годах порода получила название «буденновская» в честь Семена Михайловича Буденного», – добавил Владимир Жуковский.
По его словам, легендарные буденновские лошади из конных заводов Ростовской области, таких как завод имени Буденного, имени Первой конной армии и Юловский, традиционно занимали призовые места как на скачках, так и в классических соревнованиях конного спорта (конкур, выездка и троеборье) как в России, так и за границей.
