Работали, не жалея себя

Из воспоминаний

Чем можно измерить подвиг тружеников тыла?! Одним из основных источников могущества нашей армии была связь фронта с тылом. Наши односельчане делали все, что могли для победы в тылу, внесли весомый вклад своим трудом в победу над врагом. И каждый из них может рассказать о том, что им пережито. Их труд золотыми буквами вписан в героическую летопись истории нашей Родины.  Сегодня мы публикуем отрывок из воспоминаний Персапе Хатламаджиян, которая свою трудовую деятельность начала в 15 лет, в 1941 году. А также о тяжелых 1943-1944 годах по рассказам очевидцев и материалам газеты «Коммунар» за эти годы.

1941 г. В 1941 году ( мне было 15 лет) по семейным обстоятельствам я в седьмом классе бросила школу, хотя училась очень хорошо, но надо было ухаживать за дядей, у которого я жила ( родители были раскулачены и сосланы), а когда настала весна, надо было с коровой выйти в степь, в бригаду, которая находилась далеко от Чалтыря, и люди брали с собой все необходимое. Я взяла с собой муку и дрожжи, чтоб печь хлеб и посылать дяде в село. Мне очень помогала и поддерживала Варсеник, была очень доброй женщиной, я с ней чувствовала себя защищенной. И вдруг пришла весть, что началась война, и всех вернули в Чалтырь, только несколько человек осталось в бригаде, чтоб подготовиться к уборке, а нас мобилизовали рыть окопы. И мы пешком пошли до хутора Валуево копать противотанковые рвы. Были  там два месяца, а потом  вернулись в село.

Наши хлеборобы успели все зерно убрать с полей, в бригаде были два длинных сарая и туда насыпали пшеницу, озимой тогда не было. Зерно вывозили на подводах за 30-40 км в Чалтырь, за целый день один конец туда и обратно на быках и лошадях, даже мне сейчас трудно себе представить, как это можно было, сколько дней и ночей надо  работать, чтобы перевести столько зерна, и люди работали, возили зерно в заготконтору, в колхозный амбар, чтоб дать колхозникам на трудодни. А немец был совсем близко.. 1942 год. После первой оккупации нас снова мобилизовали рыть окопы.

Теперь мы копали для самолетов.. Был нарисован образ самолета: где должны быть колеса, где крылья, где мотор. На  территории колхоза «Свобода» (сейчас им. Мясникяна) был аэродром, каждый день несколько девчат пешком, с лопатами на плечах, ходили туда и по данной схеме готовили окопы для самолетов… Еще мы работали на станции Хапры. После бомбежек все железные пути были разрушены, восстанавливали в основном пожилые мужчины, старше 50 лет, а мы, подростки, выгружали вагоны с песком и подсыпали лопатами песок между шпалами. Каждый день пешком ходили туда, а обратно тоже пешком и еще несли на себе забракованные шпалы для топки, а они тяжелые, по полтора метра. Сами голодные, немец бомбит, но мы терпели, ведь старшим девушкам было еще труднее, они работали на тракторах.

1943 –1945 годы. В  1943 году мы с семьей жили в Ставропольском крае в Дивнинском районе. Начальство начало ходить по домам, объяснять, что надо восстанавливать колхоз, что надеяться не на кого, что вся надежда только на женщин и молодежь, что будем работать на своих коровах. И когда земля чуть подсохла, мы со своей сестрой Розой взяли нашу корову и пошли в степь. Корова слабая, молока дает мало, а еще должна и работать, и пока на ней вспашешь, посеешь… Запрягали три пары коров, с каждой парой одна девчонка-подросток, за плугом еще одна, и третья, чтоб подгонять коров. Коровы не приучены, ходили по борозде, работа шла очень медленно, целый день ходили по загону, а вечером в село ездили за водой.

Привозили воду за полночь, и только тогда освобождались, а летом ночи короткие, в четыре  часа уже светло, сельские работы часов не ждут, рассвело, значит, на работу, трудились от зари до зари.

Магазины не работали, товара никакого не было, и мы ходили собирали хлопок, который раньше здесь рос, а теперь каждый год вылезал среди бурьянов. Снимали с хлопка семечки, обрабатывали, пряли и вязали одежду себе.

1946г. В 1946 году с семьей вернулись в Чалтырь, скитались по разным углам, жили у родственников. Тогда после войны на трудодни ничего не давали, нечего было дать, поэтому в колхоз работать шли с трудом. Я узнала, что в колхозе им. Андреева есть 45 коров и одна работница — семнадцатилетняя Сусанна Майкоглуян (Закарян), и срочно нужны доярки. Условие было такое: можно взять свою корову с собой и содержать вместе с колхозной. И  я пошла работать дояркой. Корм для коров носили в корзинах (сепетах) на плечах, скирды были достаточно далеки, воду доставали из колодца ведрами. А зимой заметет все вокруг, в 4 часа вставать доить, а от- крыть дверь невозможно…

1947 год. Немного  легче стало, когда пришли Дируги Хбликян  и Вартитер Хаймахян, чуть позже прислали еще одну доярку Вартануш Дзреян, теперь можно было смениться, поехать домой.

Было четыре группы  коров по пятнадцать голов на пять доярок. На ферме был большой сепаратор, когда молоко не успевали увозить ( в колхозе была одна грузовая машина, полуторка, даже номер помню: А.Ч.К. 14-12), мы делали творог, масло. На попутной машине сами возили в Таганрог продавать, а деньги отдавали колхозу, чтобы немного поддержать.

Все эти годы, что я была дояркой, мы летом работали и на сенокосе, вместе с мужчинами косили лобогрейкой, иногда косой, подвозили скошенное сено, клали скирды.

Рядом с нами, девчатами, работали Асватур Берекчиян, Анания Хатламаджиян, Нагапет Оланян, Маркос Цхяян (ветеринарный врач), Амбарцум Берекчиян (чабан), были и подростки—это Ашот Гадзиян, Ардаш Закарян, Федя Хатламаджиян, Вася и Вартеван Майкоглуяны. За молодняком ухаживали мой брат— Антраник Хрхрян, Сурен Гадзиян, Сергей Чагаян, Хевон Аведян, Степан Хбликян.

Работали очень дружно, никогда дурного слова друг другу не говорили, а вечерами пели, танцевали. Степан Цхяян (Степан аха) очень красиво пел, у него был такой нежный голос, мы его часто просили спеть песню «Вартитер». Ардаш Закарян играл на зурне, я тоже часто пела. Так мы жили: умели трудиться—умели и веселиться.

П.Хатламаджиян

Материал взят из газеты «Районка» №4 (май 2014г.)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.


доступен плагин ATs Privacy Policy ©