Лучшие рассказчики истории — это не только учебники, но и старые, пожелтевшие от времени фотографии. В моей личной коллекции их сотни. Я собирала по крупицам. Это не просто поиск старых фото в семейных альбомах. Это настоящая детективная работа: нужно найти человека, узнать, кто изображен на карточке, в каком году был сделан кадр, что за событие запечатлено. Часть этих снимков уже легла в основу изданных мною книг, другие же терпеливо ждут своего часа, чтобы стать страницами следующих томов.
Но прежде чем погрузиться в детали этих кадров, я хочу сказать несколько слов о тех, кто оставил нам это бесценное наследство. Мы должны быть бесконечно благодарны фотографам-любителям и профессионалам прошлого. В те времена, когда фотографирование было сложным, почти магическим процессом, они находили время, чтобы запечатлеть повседневность. Они часто снимали не для истории, а для себя, для своих семей, не подозревая, что спустя десятилетия их частные архивы станут достоянием всего района.
Ещё до 1920-х годов хорошим мастером был Левон Тигранович Кристостурян. Человек из зажиточной семьи, он обладал редким по тем временам талантом. К сожалению, история распорядилась сурово: в годы раскулачивания Левон Тигранович был вынужден покинуть родной Чалтырь и перебраться в Ереван. Трагической страницей стала утрата его работ: перед отъездом он вместе с маленьким племянником Агопом смыл снимки со стеклянных пластин — тогда фотографии делали именно на них. Однако память оказалась сильнее обстоятельств. Часть работ мастера всё же уцелела, некоторые Агоп Аведикович Тохтамишян еще при жизни передал мне.
Недавно удалось связаться с внучкой фотографа — Анаит Тиграновной Кристостурян, врачом из Еревана.
Она с теплотой вспоминает свои детские приезды в Чалтырь и отмечает, что семья Кристостурянов всегда отличалась особой интеллигентностью и тесными связями с известными родами. Жена сына Левона Тиграновича была из аристократической семьи Азнавурянов (ее дед и дед Шарля Азнавура — родные братья). И сами они были очень интеллигентными, интересными людьми.
В 1930-е годы эстафету мастеров фотографии принял Амбарцум Нагабедович Дзреян. Его ателье на улице Ленина (там, где сегодня расположено кафе «Молодёжное») было центром притяжения для многих жителей. Амбарцум Нагабедович был профессионалом до мозга костей: он не только делал портреты, но и фиксировал важнейшие общественные события. Его дело продолжил сын Арсен, оставивший нам бесценный архив снимков, по которым сегодня можно изучать историю района.
Нельзя не вспомнить и первых фотокорреспондентов газеты «Коммунар». В 1937 году летопись района в объективе вели Давид Маркарович Хатламаджиян и Агоп Дзеронович Насхулиян. Их работы стали фундаментом для всей местной фотожурналистики. Послевоенные годы открыли новые имена. Вместе с Дзреяном работали Лукьян Даглдиян и Геворг Гайбарян. Их ателье располагалось в здании сапожной мастерской на углу улицы Мясникяна и шестой линии. Благодаря их снимкам мы сегодня можем увидеть, как выглядели семьи разных родов, их дети.
Неоценимый вклад в историю внесли и фотокорреспонденты газеты «Заря коммунизма» Арарат Арутюнян и, конечно, Ардашес Мирукян. Последний был личностью поистине неординарной и яркой. Именно его объектив на протяжении полувека фиксировал всё самое важное, что происходило в нашем крае.
Особая страница – фотографии Татеоса Согомоняна и его учеников Валерия Бзезяна, Саркиса Багаджияна и др.
И я очень рада, что в моей коллекции хранятся эти бесценные фотографии. Каждая из них – не просто изображение, это чей-то дом, чья-то судьба, чей-то вклад в развитие нашего края. Вглядываясь в снимки, мы видим, как менялись улицы, быт, мы видим не просто дома, а историю людей, которые умели жить одной большой семьей.
На снимке из архива Арсена Амбарцумовича Дзреяна запечатлен момент, когда люди общими усилиями строят дом. В те годы, вплоть до конца 1970-х, это было общее событие, настоящий праздник труда.
Соседи, родственники, друзья — все приходили на помощь, чтобы возвести стены, уложить балки и сделать «дзеп» (традиционная отделка). Те, кто застал те времена, с особой теплотой вспоминают каменные дома с «дзепом». Это были не просто постройки, а живые организмы. Благодаря природным материалам и мастерству строителей стены в этих домах «дышали». Зимой в них было удивительно тепло, а в летний зной — прохладно и свежо. В таких строениях не нужно было сложных систем, сама природа и мудрость предков создавали идеальный микроклимат.
Посмотрите на фотографию дома прапрадедушки Аведика Гайламазяна, руководителя нашего духового оркестра, такие жилища начали строить в 19 веке.
Сегодня, глядя на эти снимки, мы понимаем: дело было не только в камне и растворе. Главным «цементом», скрепляющим эти стены, была взаимовыручка. Люди знали: если у кого беда или радость, если нужно построить дом — он не останется один. И эти фотографии – свидетельство того, что настоящий дом – это не только стены, но и люди, которые помогали их возводить
Чалтырские улицы вначале названий не имели, говорили «мгала». Хрхряны жили там, где сейчас 6-я линия, начиная с ул. Шаумяна до ул. Мясникяна и вверх по Мясникяна. А начнем мы со снимка дома Хачатура Хрхряна, сделанного С. Багаджияном.
Их было три брата: Хачатур, Степан и Алексан Хрхряны. Прямо на углу стоял дом старшего брата Хачатура, человека очень делового, хозяйственного. Он со своей женой Мариам Хрхрян Хачатур с женой Мариам совершил паломничество в Иерусалим и стал хаджи. У них было четыре сына и три дочери.
Младший сын Асватур, как было принято у армян, остался в отцовском доме, а после их раскулачивания в этом доме долгие годы располагалась прокуратура на втором этаже, а на первом магазин, а сейчас на месте этого дома здание администрация Чалтырского сельского поселения. Сам Асватур переселился на Шаумяна, в войну попал под бомбежку и погиб.
Раньше её называли ятапин мгалан – от русского слова «этап», потому что именно по этой дороге в царское время вели пешком солдат или арестантов из Новочеркасска в Таганрог, здесь проходил почтовый тракт, недалеко находились почтовая станция, пожарная колокольня; по этому тракту проезжали многие известные люди, такие как Пушкин и др.
По этой дороге в 1918 году входили в Чалтырь армии Деникина и Корнилова.
Из книги А.И. Деникина «Поход и смерть генерала Корнилова» (личная библиотека К. Смоляниченко):
«Части собрались в селе Чалтырь Там уже оказался авангард германцев. Несмотря на предупредительное отношение немецкого начальника, предоставившего отряду для ночлега часть села, офицеры просили увести их оттуда… Село Чалтырь — очень богатое. Жители его — армя не. Мы ждали радушного приема, но жители сторонятс я нас, стараются ничего не продавать, а что продают, то по крайне дорогой цене. В разговорах с ними пыта ешься рассеять неприязненное отношение, но наталкивае шься на полное недоверие и злую подозрительность.»
Потом пришла Красная армия под командованием Сиверса и С. Кирова, они останавливались в бывшем доме Попова, где позже была милиция.
Наш районный Дом культуры, это его историческое место. Известно, что уже в начале 20 века здесь находилась изба-читальня, где устраивали спектакли, после революции он стал нардомом. В войну дом культуры
был атакован фашистами, на фотографии Амбарцума Дзреяна мы видим здание после бомбежки.
Здание бывшей аптеки построил Арутюн Кеворкович Танкаян на улице Карла Маркса, но вскоре его купил Вартерес Дзарукович Танкаян (1868 — 1945), который был звонарем, одновременно помогал отцу по хозяйству. О его дяде Хачатуре Танкаяне Степан Кеворкович Чориян в своей работе «Становление и развитие Армянского Образования в Нахичевани-На-Дону в конце 18–начале 20 в.» пишет, что «законоучителелем — священником церковно-приходской школы при церкви св. Теодороса в г. Норнахичевани был Христофор Танкаян.»
Односельчане уважали Вартереса за прямоту и честность. В 1918 году его выбрали сельским головой. Примечательно, что его прапрадед Арутюн был первым головой в селе, помощником атамана в 1799 году, а Вартерес последним.
В 1936 году семью раскулачили и выслали с детьми без права проживания в областном центре. До 1937 года жили на квартире в Новочеркасске, а потом с помощью родственников совершили «захват» (так называли возможность человека за одну ночь построить дом, и тогда он считался законным жителем). Танкаяны на окраине Ростова – Нахаловке соорудили ночью балаган с печкой, из трубы которой утром уже поднимался дым. Только так им удалось приобрести землю и обзавестись жильем. Все дети Вартереса жили в Ростове (родословную Танкаянов собрала Ольга Ивановна Танкаян).
Я уже рассказывала о чалтырском детдоме, но хочу еще раз повторить с добавлениями. Здание детдома, сохранившееся до наших дней, принадлежало Капрелу Вартересовичу Псрдияну. Я уже давно от Шуры Семенковой слышала, что хозяином этого дома был ее дядя Гобе Капрел, но где найти его потомков не знала, и вот совсем недавно, благодаря Ольге Аркадьевне Хачкинаян, я нашла их. И вот что рассказал мне его правнук.
Капрел Вартересович родился в 1869 году и рос в Чалтыре, был рослым, здоровым парнем. Владея грамотой, писал письма от имени своих односельчан, делал планировки домов. В 1890 году был призван в царскую армию, служил в Кутаиси, по окончании остался там и работал приказчиком в магазине. Накопил деньги и хотел открыть свой магазин, но родители уговорили вернуться на родину. Ему тогда было уже лет 30. В Чалтыре он женился на Марьям, которая была вдовой. Начал работать в школе учителем, имел очень хорошую библиотеку, построил свой дом, который после революции, по совету своих близких, продал, (здание нашего детдома). Там в 1937 -1941 годах располагалась радиостанция, а после войны школа №19, ставшая позже школой №2. А Капрел Вартересович купил дом на улице Дабахяна, 9.
Много лет чалтырский молзавод располагался в здании на углу ул. Мец Чорваха и 5-ой линии, в бывшыем доме Серопа Кероповича Хурдаяна. У него наследников не было, единственный сын Кероп умер в 16 лет (он долго болел, не помогла даже поездка в Ерусалим). Его могильная плита из чугуна находится в районном историко-этнографическом музее.
И в завершение хочу рассказать о здании, которое до сих пор сохранилось на улице Мясникяна, ему 113 лет. Это уникальное сооружение спланировал и построил Арутюн Хачересович Мошиян (1867-1918 гг.)
Он рос трудолюбивым, целеустремленным и старательным. Любил ставить цели и добиваться их. В 1892 году женился на Гугар Хачересовне Хаспекян (1874 – 1958 гг.). ‘У них родилось 13 детей, 8 из которых умерли в младенчестве – 6 сыновей и 2 дочери. Осталось 5 дочерей. Арутюн и Гугар мечтали построить дом своими руками и своими силами. И в 1913 году их мечта сбылась, Двоюродный брат был совладельцем Чалтырского кирпичного завода, оттуда и поставляли стройматериал. Дом возвели довольно быстро, работы начались весной, а уже осенью справляли новоселье. Арутюн Хачересович занимался торговлей, поэтому на первом этаже был магазин, а на втором жила семья. Он привозил на продажу только качественные товары, ездил за ними в разные уголки России и за ее пределами. К примеру, мебель на втором этаже была привезена из Италии. В 1917 году белая армия дошла до наших краев. Однажды вечером гвардейцы ворвались в дом Арутюна и обратились к нему с фразой: «Такой дом и мебель имеешь, где золото?» А мебель на самом деле была красивая, неповторимая и бесценная. Это мы видим и сейчас. Золота непрошеные гости не нашли, но, уезжая, исцарапали мебель саблями. Следы до сих пор видны на шкафах.
После смерти Арутюна Хачересовича его супруга решила закрыть магазин и, чтобы прокормить семью, впустила на первый этаж квартирантов. А с 1936-го по 1941 год здесь размещалось фотоателье.
Много судеб разных людей связано с этим домом, много интересных моментов и историй повидал он на своем веку. После смерти Гугар здесь жила ее дочь Мариам (ее муж Хунгянос Луспаронович Хурдаян не вернулся с войны). У них было три дочери. Девочки выросли, вышли замуж. Судьбе было угодно, чтобы средняя дочь Анжела жила в этом доме. Она рано устроилась работать в колхоз, была звеньевой. Ударный труд не остался незамеченным, Анжела была удостоена большой чести стать делегаткой Всесоюзного съезда колхозников.
А дом Мошиянов и десятилетия спустя по-прежнему стоит крепко, словно подтверждая мастерство строителей прошлого. Но главное чудо заключается не в прочности стен, а в том, что внутри. Анжела, нынешняя хозяйка дома, совершила настоящий подвиг: она не просто сохранила здание, она сберегла ту самую атмосферу, которая царила здесь при жизни Арутюна Хачересовича.
Когда оказываешься внутри, возникает ощущение, что ты в музее. Но, признаться, даже не в каждом государственном музее можно встретить столь редкий, подлинный и бережно сохраненный интерьер. Старинная мебель, расстановка вещей, особый уют — всё это создает эффект присутствия истории. Кажется, что хозяин дома вышел лишь на минуту и вот-вот вернется, чтобы продолжить прерванный разговор.
В наше время, когда старые постройки всё чаще сносят, чтобы освободить место для безликих современных коробок, этот дом — настоящий островок памяти. И хочется выразить искреннюю благодарность Анжеле за её трепетное отношение к наследию. Спасибо её дочери Розе, которая разделяет эту любовь к семейным истокам. И, конечно, особая признательность молодому поколению семьи. Сейчас во дворе они строят новый, современный дом, но при этом не посягнули на старинное здание, не снесли его ради лишних квадратных метров. Они выбрали путь созидания, где новое соседствует со старым, дополняя, а не вытесняя его.
Такое отношение к прошлому вызывает глубокое уважение. Ведь дом — это не просто кирпичи и дерево. Это память, это дух семьи, это связь поколений. Пока есть такие люди, как Анжела, Роза и их дети, история нашего края будет жить не только в учебниках, но и в живых, теплых домах, где каждый гость может прикоснуться к вечности.
И как пишет праправнучка Арутюна Мегалита: «Я уверена: если бы мог увидеть Арутюн Хачересович дом, о котором он мечтал и построил, дом, который перенес столько исторических переломов и сохранился в таком состоянии за столько лет, он был бы доволен и спокоен, что его труды не были напрасны…»
А это значит, что мы должны жить и строить дома так, чтобы предки были довольны своими наследниками, чтобы ни один снаряд не разрушил то, что мы строим, и не унес ничью жизнь.
Интересуйтесь своей историей, изучайте ее, думается, в этом главный смысл жизни – в продолжении нашего рода.
К.Смоляниченко
